Как пишет Российский Вестник,  «Мне, убей, непонятно, − заявил в интервью РСН главный научный сотрудник Института экономики РАН, доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский, − каким образом корпоративный шантаж или гринмейлерство относится к «Роснефтегазу».

Пересказ интервью опубликован в издании «АиФ» от 26 сентября 2016 года.

res

Ну, что ж, убить так убить. Дело принципа, хотя речь идет о ничтожной сумме. Кричевскому за ту глупость, которая вышла в «АиФ» за его именем, по оценкам PR-специалистов из Института Национальной стратегии, где он числится научным руководителем (странная должность для пиар-конторы– авт.), могли заплатить $5000, не больше. Кричевский – из группы среднеоплачиваемых экспертов по вызову.

Суть статьи в следующем. Некто организует негативную информационную атаку на компанию «Транснефть» ее нынешнего президента Николая Токарева. В сети за последние месяцы появился ряд статьей с якобы компрометирующей информацией о Токареве и «Транснефти». Особо желающие могут их найти и оценить. Но в данном случае речь о Никите Кричевском, который действительно «убил» себя как серьезного ученого, согласившись подписать этот текст в «АиФ».

Кричевский, в частности, пишет. «В 2013-14 годах «Транснефть» заключала несколько опционных договоров для хеджирования рисков по укреплению рубля. Общая сумма сделки составила 9 млрд долларов. В итоге на этих сделках «Транснефть» потеряла ни много, ни мало — 75 миллиардов рублей! «Мне не вполне понятно, почему об этом говорится как-то вскользь, и это не стало предметом обсуждения, например, на заседании правительства, на экономических совещаниях Кремля». Предмет для обсуждения на правительстве был, но не потерь «Транснефти» и других компаний, а прогноз Минэкономразвития по курсу рубля, на которые ориентировались компании при хеджировании валютных рисков. В то время курс рубля был порядка 33 рублей за доллар, и г-н Улюкаев давал прогноз курса не более 50 рублей за доллар. А курс взлетел почти до 70 рублей за доллар. Убытки понесли все, потери крупнейших компаний привели «Ведомости» в номере за 15 июля 2015 года. Вот эта таблица с добавлением к абсолютным потерям сравнение потерь с EBITDA. Видно, что «Транснефть» не в лидерах ни по абсолютному размеру убытков, ни по относительному. Лидерство в абсолютных цифрах, кстати, принадлежит компании «Роснефть», входящей в «Роснефтегаз».

2

Никите Кричевскому это прекрасно известно. Почему же он пишет только о «Транснефти», с морем эмоций, как будто компания вынула деньги из его личного кармана? Маленькая зарплата у главных научных сотрудников Института экономики РАН? А у научных руководителей пиар-контор?

За этот пассаж Кричевскому заплатили половину гонорара. А вторую часть он получил за эмоциональную защиту компании «Роснефтегаз», которая вдруг возжелала вывести Николая Токарева на «чистую воду».

Для тех, кто не в курсе, «Роснефтегаз» − государственная компания, через которую правительство владеет акциями «Роснефти» и частично «Газпрома». Никакого отношения к прокачке нефти «Роснефтегаз» никогда не имел и не имеет. И вот это госкомпания-прокладка через свою дочернюю структуру купила пять привилегированных акций «Транснефти» (0,0003% от всех обращающихся на рынке) и потребовала предоставить информацию по сделкам за 2013-2016 годы, включая данные по пут- и колл-опционам, документы по политике управления валютными и процентными рисками, документами с перечнем всех финансовых активов «Транснефти» за 2014-2016 годы, расшифровками сумм денежных средств за это время и внутренними документами, устанавливающими механизмы управления финансовыми активами в 2013-2016 годах. В «Транснефти» это требование назвали «корпоративным шантажом», хотя точнее эти действия можно назвать вредительством. У «Роснефтегаза» и «Транснефти» − один собственник, государство. Если одной госкомпании нужна информация о деятельности другой госкомпании, она должна не ее акции покупать и грозить судом, а обратить по инстанции в правительство. Если одна госкомпания затевает войну против другой госкомпании, соответствующие органы должны внимательно посмотреть, зачем это, вдруг, понадобилось «одному карману» воевать против второго.

Очевидно, что указанные документы понадобились «Роснефтегазу», чтобы получить информацию на конкурентов. Что за этим последует догадаться несложно, вспоминая скандал полугодовой давности, когда на свет выплыли факты по манипулированию результатами внутренней отчетности компании «Роснефть». Итогом разбирательств стало заявление руководителя основного зарубежного акционера компании BP Роберта Дадли, в котором он обвинил руководство «Роснефти» в лице Сечина в «сознательном манипулировании финансовыми результатами компании, чтобы представить ситуацию в лучшем свете». Использование нечистоплотных методов учета обязательств по кредитам и займам помогло тогда Роснефти показать «потери в 498 миллиардов рублей в рамках прочего совокупного дохода, а не в отчете о прибыли и убытках. Если бы это изменение не было произведено, то результатом работы компании был бы показан убыток в 48 миллиардов рублей». Отчет же Роснефти показал общую прибыль в 350 миллиардов рублей. Можно ли давать людям конфиденциальные документы конкурентов, которые занимаются шельмованием в собственной финансовой отчетности вопрос риторический.

По сути, все что делает «Роснефтегаз» это саботаж своих прямых обязанностей и вредительство функционированию государственного механизма, и ни что иное. И это тоже г-ну Кричевскому прекрасно известно.

У ученого есть только одно богатство – его имя. После того, как он его продал, ученого нет, он умер для науки. За пять долларов он продался, или за пять тысяч − уже не важно. Никита Кричевский в тексте пытается изобразить страсти возмущенного гражданина, употребляя выражения типа «банальное паясничание», «некая клоунская роль», «не отделяя зерна от плевел» − очень «экономическая» терминология в устах доктора наук. Жаль, потому что тогда, когда ему не платят, Кричевский пишет интересные, хотя и спорные, вещи на своей странице в Живом журнале. Но если до сего дня их писал главный научный сотрудник, то теперь их будет писать научный руководитель пиар-агентства. Ученый Кричевский умер.

М.В. Ремизов