Незаконное преследование предпринимателей со стороны правоохранительных органов до сих пор остается механизмом давления на них. А еще отличным способом отъема их бизнеса. Арест счетов и имущества, ограничение свободы руководителя компании вряд ли идут на пользу бизнесу. Если говорить точнее – парализуют его. А в конечном итоге уничтожают.

О том, что бизнес нужно перестать «кошмарить», Владимир Путин сказал еще 2 года назад. В феврале этого года, выступая на коллегии МВД, президент эту мысль повторил. В частности, он заявил, что давление на предпринимателей недопустимо и любой факт незаконного воздействия на бизнес со стороны правоохранителей должен быть тщательно расследован.

Мошенничество (ст. 159 УК РФ), незаконное предпринимательство (ст. 171 УК РФ), а также присвоение и растрата (ст. 160 УК РФ). Вот «любимые» статьи, используемые в качестве незаконного давления на представителей бизнеса.

Ст. 108 УПК РФ регулирует порядок избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. Ее пункт 1.1 предусматривает прямой запрет использования такой строгой меры пресечения, как арест для подозреваемых и обвиняемых в преступлениях в сфере предпринимательской деятельности. На практике же данное положение игнорируется и правоохранителями, и судами. Как результат – предпринимателей продолжают арестовывать.

Отдельной статистики, сколько именно бизнесменов находится под стражей, нет. Но с уверенностью можно сказать, что существуют сфабрикованные уголовные дела, целью которых является рейдерский захват или развал конкретного бизнеса у конкретного человека. При этом большинство уголовных дел так и не доходят до суда. «Цель» удается достигнуть за время следствия: оказавшийся под прессом бизнесмен соглашается на все условия, передает свой бизнес и капитал, идет на какие-то уступки взамен на прекращение уголовного преследования.

В 2016 году в УК РФ появилась норма, направленная на защиту предпринимателей от незаконного уголовного преследования. В частности, появилась ч. 3 в статье 299 УК РФ: «Незаконное возбуждение уголовного дела, если это деяние совершено в целях воспрепятствования предпринимательской деятельности либо из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло прекращение предпринимательской деятельности либо причинение крупного ущерба». К сожалению, данная статья относится к категории «нерабочих», т.е. реально возбужденных дел в отношении тех, кто незаконно возбужденным делом воспрепятствовал предпринимательской деятельности, очень мало. Так, за 2014-2015 гг. таких дел в суд было направлено всего 5. За последние годы статистики по делам указанной статьи нет вообще. Вряд ли этот факт означает, что на предпринимателей не оказывают давление путем незаконно возбужденных в отношении них дел.  Доказать незаконность возбуждения уголовного дела, да еще и умысел, направленный на воспрепятствование предпринимательской деятельности, очень сложно. Если не сказать, что невозможно.

Незаконное уголовное преследование продолжает оставаться инструментом по разрешению спора хозяйствующих субъектов. При этом у правоохранителей остается широкий спектр возможностей, благодаря которым они «поворачивают» дело так, что его нельзя связать именно с предпринимательской деятельностью фигуранта. Поэтому на сегодняшний день можно лишь констатировать неутешительный факт: даже если какие-то меры по защите бизнесменов от незаконного преследования и предпринимаются, они пока остаются неэффективными.

Виталий Ревзин, адвокат